Елизавета Полеес, Инесса Ганкина, Галина Андрейченко

Елизавета Полеес

Пока ещё чувствуем, помним и дышим,
Пока мы мелодию космоса слышим,
Пока друг для друга хоть что-нибудь значим,
Пока ещё верим, смеёмся и плачем,

Пока в наших душах живёт удивленье,
За всё, что свершили, попросим прощенья.
Попросим прощенья — у лип и у сосен,
света, из лета скользящего в осень,

У белой снежинки, у пыли горячей,
У лёгкой, из рук упорхнувшей удачи,
У песни, которую так и не спели,
Над детской склонившись вдвоём колыбелью,

каждой промашки, у каждой ошибки,
непосвящённой друг другу улыбки,
У нежности — невосполнимой потери,
Оставшейся ждать за закрытою дверью,

У горечи поздней поры предзакатной,
У снов, растворившихся в облаке-вате,
ночи тяжёлой, удушливо-грозной,
звёзд…
Если это, конечно, не поздно.


Инесса Ганкина

Я отвечаю за кровь и генетической код
(состав, проценты и доли).
Я отвечаю за распятие и за Исход,
за килограммы слов и за тонны боли.
Я отвечаю за Библию и за Коран,
возможно, еще немного за Агни-йогу.
Я отвечаю за Второй и за Первый Храм,
и за дорогу к Третьему, лишь за дорогу…
Я отвечаю за «Одиссею»,
Хиросиму, Эйнштейна, Моисея.
Я отвечаю от рождения до могилы
за бессилье и направление силы.
Я отвечаю за дела и мысли, за всё,
что от меня зависит.
Но, вернувшись в начало,
за кровь и генетический код я не отвечаю.
09.04.17
Архив

Галина Андрейченко
… Неужто осень,
Старьевщица, помахивая тростью,
Усталых рек разбавит лунный яд,
АЖЭС пожнет завещанный наряд
И станет жечь, вкушая дым агоний
В мазках-зрачках оконных пеларгоний.
Она уйдет до самых зимних дней,
Как кровь сквозь кожу, как душа из тела
До возрожденья. Небо опустело,
И хор листвы последует за ней
До избранного дня. А что осталось –
Обрыв пальто, в карманах жмется жалость,
Все возится на стынущих руках,
И выйти ей не можется никак.
А ветер перегрелся в рукаве
И выполз прочь – стричь волосы траве.

Комментарии закрыты.