Андрей Корнилов Шешупе

Шешупе – какое странное и красивое имя для реки! Будто ветер прошелся по верхушкам камышей, будто ласковая волна набежала на галечный пляж…

Шаловливой девчонкой эта маленькая речушка забегает в наш край из Литвы, накапливает силенок перед плотиной у старой заброшенной гидроэлектростанции, и вскоре превращается в пусть и в небольшую, но элегантную красавицу-реку. Петляет она километров шестьдесят между лесов и холмов, а затем соединяется с Неманом и вверяет свои воды его могучему течению.

От большого города до Шешупе довольно далеко, а после съезда с трассы последний десяток километров надо еще пробираться по разбитым проселкам, а то и вовсе по лесным тропам. Так что народу в тех краях бывает немного, только те, кому очень надо, да имеющие при том определенные навыки вождения по бездорожью, буеракам и болотам.

Раньше с ребятами я частенько ездил туда на подводную охоту. Приедешь на берег где-нибудь на краю леса, быстренько натянешь на себя комбинезон гидрокостюма, на ноги – ласты, на руки – перчатки, затем опускаешь на лицо маску и тихо, чтобы не потревожить ровное зеркало воды, без всплеска входишь в совершенно другой мир, где нет людской суеты, пыли и шума городских улиц, гари автомашин. Вскоре напряжение и усталость трудового дня уступают место физической и душевной невесомости, и начинается волшебный полет в хрустальных просторах зачарованного царства.

Вода в речке чистая и на удивление прозрачная, глубина всего метра два, много плесов и перекатов, где приходится вставать и идти пешком, но есть ямы с поваленными деревьями и омуты по 4-6 метров. Нельзя сказать, что течение там быстрое, но иногда, когда попадаешь на повороте в стремнину, мощный ток воды несет с такой силой и скоростью, что уже не до охоты. Остается только сгруппироваться, вытянуть руки над головой и, лишь слегка подруливая ластами, лететь вперед, сосредоточив все усилия и внимание на том, чтобы не завертело, не ударило о мелькающие перед глазами в бешеном калейдоскопе подводные валуны.

Плаваем мы всегда в одиночку, чтобы не мешать друг другу. Обычно, когда приезжаем компанией, делим речку и расходимся по разным берегам по течению и против, а потом, через несколько часов, собираемся в той же точке. А иногда перед полуночью пловцов машиной забрасывают километров на 4-5 выше по течению, они охотятся и плывут всю ночь до рассвета до базового лагеря, где их ждет и жжет костер группа поддержки.

Я люблю плавать там и днем, но особенно ночью. У Шешупе есть одна интересная особенность – течение несет мелкие частички грунта, почти что водную пыль, желтого цвета. Поэтому, когда пыльца оседает на водорослях, то в свете подводного фонаря все речные джунгли – и лопухи, и трава, и лианы, поднимающиеся от дна до самой поверхности, покрываются тонким слоем позолоты. Получается, что заплываешь в магический золотой лес!

В реке много разной рыбы – есть сомы, под развесистыми лопухами водорослей в полводы неподвижно стоят щуки, небольшими группами важно проходят кормящиеся лещи, на перекатах, в тихих закутках за валунами, тусуются маленькие стайки темных с красными перышками юрких рыбцов. Когда плывешь против течения, то, если слегка стукнуть ластой по кромке прибрежного камыша, может быть повезет, и в полутора-двух метрах от тебя из травы выскочит перепуганный голавль. А однажды под большим замшелым камнем я встретил усача! Ах, какая вкусная из этих рыб получается сваренная на костре уха!

Ночью плыть хорошо, тихо. Когда приподнимаешь голову из воды, можно услышать, как где-то невдалеке журчит невидимый в темноте родник, впадающий в реку, плеснет рыба или с громким всплеском шлепнется в воду бобер. Глаза за несколько часов уже привыкают к темноте, поэтому над черной линией леса хорошо видна медленно поворачивающаяся вместе с небесным сводом россыпь пушистых серебряных звезд. Во второй половине ночи над водой появляются колеблющиеся белесые столбы, и не знаешь, что это – может, предутренний туман, а может духи реки вышли потанцевать. В камышах тихонько возятся и смущенно хихикают русалки, а ты с фонарем в одной руке и ружьем в другой безмолвной тенью скользишь мимо них над золотым лесом водорослей, боясь вспугнуть всю эту тишину случайным соприкосновением ласт, бряцаньем снаряжения или даже громким выдохом и хлюпаньем воды в загубнике трубки.

Но тишине на заповедных берегах пришел конец. Целыми днями стоит над окрестностями гул, грохочет и скрежещет землеройная техника. Распугивая робких обитателей леса, бесконечной чередой с ревом идут по дорогам коптящие черным удушливым дымом мощные грузовики с песком, щебнем и другими стройматериалами – в пяти километрах от излучины Шешупе началось строительство атомной электростанции.

Как долго теперь осталось жить реке – год, два или, может, чуть больше? Ведь часть ее попадет в зону отчуждения, а может, и саму хрустальную воду станция, словно упырь, выпивающий кровь своей жертвы, будет высасывать на технические нужды, ведь для охлаждения реактора нужно много воды. Брызгая и захлебываясь слюной, продажные журналисты убеждают в выгоде и безопасности мирного атома, но верится им как-то слабо.

И останемся мы в обнимку с атомной бомбой на берегу мертвой речки, ведь сбросы со станции нарушат в ней температурный режим. А те люди, которые сделают на этом свой бизнес, уедут отдыхать куда-нибудь в тропический рай на островах южных морей, не задумываясь, а может, даже и не узнав о том, что убили реку с таким красивым и странным названием – Шешупе… Будто ветер прошелся по верхушкам камышей …Архив

Примечание редакции. Рассказ написан несколько лет тому назад, когда в области начинали строить, а потом «заморозили» атомную электростанцию.

Архив

Комментарии закрыты.