ОБНОВЛЕНО Подарок Европе и как менялась ее топливная корзина

ПОДАРОК
Под конец декабря газовый рынок, истрепавший европейцам в этом году немало нервов, преподнес им рождественский подарок. За минувшую неделю цена газа упала почти на 30%, сообщает moscowtimes.ru.

Помогло введение в строй новых регазификационных терминалов. Так, в конце сентября первый плавучий СПГ-терминал заработал в Нидерландах, а на прошлой неделе – в Германии, в Вильгельмсхафене. «Это первый из пяти СПГ-терминалов, которые мы запланировали для замены российского газа. Это гарантирует, что мы ни при каких обстоятельствах не останемся без поставок, — заявил на церемонии открытия канцлер Олаф Шольц. – Этот терминал построили в рекордные сроки». 

По данным Оксфордского института энергетических исследований и Kpler, в 2019-2021 гг. годовые поставки СПГ в страны ЕС и Великобританию составляли 61,2-69,7 млн тонн (примерно 85,7-97,6 млрд кубометров).

Но за 11 месяцев 2022 г. этот объем вырос до 100,8 млн тонн (141,1 млрд кубометров). С учетом прогноза поставок в декабре общий годовой объем закупленного Европой СПГ превысит экспорт российского трубопроводного газа за довоенный 2021 г. (155 млрд кубометров).

Крупнейшим поставщиком в этом году стали США – 43,3 млн тонн (60,62 млрд кубометров).

Помогла Европе и погода – непривычно теплыми оказались ноябрь и вторая половина декабря. «»Медвежий» погодный фактор продолжает перевешивать все прочие», – пишут в отчете аналитики Energi Danmark. Поскольку запасы в хранилищах остаются высокими (83%, по данным Gas Infrastructure Europe), «мало что может удержать цены на газ от дальнейшего снижения», считают они.
https://www.kurier.lt/rozhdestvenskij-podarok-evrope/

КАК МЕНЯЛАСЬ ТОПЛИВНАЯ КОРЗИНА

Когда Жак Делор начал свое председательство в ЕС (1985–1989), инициативы были направлены на развитие свободных рыночных механизмов в энергетическом секторе Европы. Предполагалось внедрение более открытой конкуренции и более тесной связи с глобальными энергетическими рынками, а будущее должно быть связано с активным внедрением ВИЭ, которые рассматривались в качестве альтернативных источников энергии по сравнению с использованием ископаемого топлива.

Уже в тот период, а еще заметнее в настоящей ситуации, стала проявляться важная проблема необходимости учитывать расходы на импорт ископаемого топлива. Большее сотрудничество и конкуренция между поставщиками должны были бы помочь снизить стоимость энергии, а собственное производство в Европе энергии с использованием оборудования для ее получения из возобновляемых источников (ВИЭ) должно было учитывать экономические факторы использования ископаемого топлива. Этот шаг со стороны Европы казался логичным и необходимым, учитывая тот факт, что собственные возможности производства ископаемого топлива ограничены из-за небольших его запасов (нефть, газ, уголь).

В настоящее время эта общая установка претерпела существенные изменения. У Европы заканчиваются запасы ископаемого топлива, и она должна быть активной, чтобы покрыть свое потребление энергии, которое растет каждый день. Ответ для большего количества внедряемых ВИЭ двоякий: более высокий уровень электрификации открывает путь для подключения непосредственных конечных потребителей к производству электричества с помощью ВИЭ (ветер и солнечная энергия), а «перепроизводство» ВИЭ (когда нет спроса) следовало бы направить на производство водорода, который можно хранить и использовать позже, если спрос будет больше, чем производство энергии. Таким образом, в этих условиях водород не решает всех энергетических проблем, а является частью новой структуры, в которой старые источники энергии (ископаемые) и новые производства (ВИЭ) должны иметь дело с общей энергетической системой. Это звучит просто, но это влияет на существующие энергетические системы и требует всесторонних инвестиций для обеспечения безопасности поставок конечным потребителям.

Гораздо раньше, чем ожидалось, в Европе заканчиваются ископаемые виды топлива, и их приходится все больше импортировать. Более того, считалось, что увеличение производства энергии с помощью ВИЭ будет более или менее достаточным, чтобы удовлетворить растущий спрос на энергию в Европе. Однако реальность оказалась другой и продолжаются постоянные споры о спросе и предложении, когда зависимость Европы от импорта только увеличивается день ото дня. Если Европа пойдет по комбинированному пути использования ископаемого топлива и альтернативной энергетики, а также водорода, то даже в этом случае Европе придется импортировать водород от внешних поставщиков: стран Северной Африки, Персидского залива и других регионов. Нынешняя ситуация очень сложная, что связано прежде всего с новой геополитикой, а также с учетом ограниченного производства энергии с помощью ВИЭ.

Другой ключевой вопрос в Европе: крупные инвестиции в общую умную интегрированную энергосистему, поскольку более рациональная и прямая поставка энергии требует более мощных и укрупненных энергосистем. Очевидно, что так называемые умные связи между газом и электроэнергией логичны и просты, но они также требуют больших инвестиций, а в период инфляции и экономического спада это может быть очень серьезным вызовом.

Газ в этих условиях представляет собой природный газ, в топливной корзине его следует рассматривать среди других видов энергоресурсов (гидроэнергия, биометан и т.д.), а смешивание и подготовка газа нужного качества для непосредственного использования и хранения нелегки, и прежде всего это связано с расходами. Это точно не мечта, а реальный мир вызовов, требующий больших вложений и времени: лицензии, право транспортировки (а это не право проезда на моем заднем дворе) и т.д.; довольно сложная битва в национальных условиях для продвижения вперед. Водород может сыграть важную роль в будущем топливном балансе, но пока экономические и коммерческие проблемы его использования как топлива не решены.

На мой взгляд, текущая настройка требует гораздо больше времени и, кроме того, гораздо больше финансовых возможностей, чем было запланировано в начале.

В частности, финансовая власть находится под давлением из-за инфляции и экономического спада. Скорее всего все эти регулировки мощности и создание умных энергетических систем будут происходить, но сроки будут намного более отдаленными. Учитывая текущую финансовую ситуацию, реальный капитал отходит от инвестиций в ВИЭ и снова возвращается к хорошо позиционируемой бизнес-среде, связанной с ископаемыми видами топлива. В любом случае для Европы это будет большим испытанием.

И здесь реальный мир отключается от политической повестки дня; значительное сокращение выбросов в 2035 или 2050 годах; размышления о политических желаниях против реальности и все более и более негативное информирование конечных потребителей; увеличение затрат на подключение и активизация социальных протестов из-за роста счетов за электроэнергию для конечных потребителей, в то время как общая картина в энергетической политике Европы очень удручающая, если вообще можно представить наличие этой политики.

Это будет битва в самой Европе: мышление, выдаваемое за действительность, или даже фантазии против реальности.

https://www.ng.ru/ng_energiya/2022-12-12/15_8613_europe.html

© 2022 – «Русская Балтика». Все права сохранены.

Комментарии закрыты.